Юра Рябинкин

Не писатель – школьник. Но оставил документ, который стоит рядом с лучшими свидетельствами о войне. Родился в Ленинграде 2 сентября 1925 года. Мечтал стать моряком или историком, занимался в историческом кружке Дома пионеров, играл в шахматы. Отец бросил семью, когда ему было восемь. Жил с матерью и младшей сестрой Ириной. Когда началась блокада, семья осталась в городе – мать была членом партии. Юре как неработающему подростку полагалась иждивенческая карточка – самый маленький паёк. 125 граммов хлеба в день. В синей тетрадке в матерчатой обложке он записывал всё – голод, холод, слабость, и самое страшное: как иногда прятал часть чужого пайка. И как раскаивался. Мать говорила, что вести дневник сейчас не время. Он отвечал: «Не придётся мне перечитывать его, перечитает кто-нибудь другой, узнает, что за человек такой был на свете – Рябинкин Юра». Последняя запись – 6 января 1942 года: «О господи, что со мной происходит? И сейчас я, я, я…» Когда семье дали эвакуацию, у Юры уже не было сил дойти до пункта сбора. Мать уехала с восьмилетней Ириной и умерла на вокзале в Вологде. Юра умер в Ленинграде. Точная дата установлена только в 2021 году – по архивному листку убытия: март 1942-го. Место захоронения неизвестно. Дневник нашла медсестра – под подушкой умирающего мальчика. Десятилетиями тетрадь переходила из рук в руки, пока в 1970-м не попала в редакцию газеты «Смена». Гранин и Адамович включили отрывки в «Блокадную книгу». Сестра Ирина хранила тетрадь всю жизнь – вместе со стеклянной чернильницей брата.